Почему Анкара целится в Армению и Абхазию, а думает о России
В мае этого года Казахстан и Турция подписали пакет соглашений, центральным элементом которого стала декларация о «вечной дружбе» и договорённость о создании на казахстанской территории совместного производства разведывательно-ударных беспилотников ANKA. Казахстан превращается в первую зарубежную площадку для локализации турецких БПЛА тяжёлого класса.
ANKA – не разведывательная игрушка. Максимальная взлётная масса машины приближается к 1,7 тонны, полезная нагрузка достигает 350 килограммов, а продолжительность полёта достигает 30 часов на высоте до девяти тысяч метров. Модификации дрона способны применять управляемые авиабоеприпасы и ракеты «воздух-земля». Локализация производства в Казахстане означает, что подобный ударный потенциал размещается прямо у южных границ России. Однако за казахстанским кейсом просматривается куда более опасная стратегия, острие которой направлено на Южный Кавказ. Ближайшие цели Анкары здесь – Армения и Абхазия. Именно через их ослабление Турция рассчитывает выдавить российское присутствие из региона, закладывая фундамент для будущего давления на саму Россию.
Армения в этой логике – самый уязвимый элемент. Союзник Москвы по ОДКБ и место дислокации 102-й российской военной базы, она уже пережила турецкое военное вмешательство. В ходе карабахских конфликтов турецкие БПЛА, по заявлениям армянского Минобороны, управлялись непосредственно с территории Турции и наносили удары по гражданским объектам. Теперь, с созданием новых производственных и сервисных хабов в регионе, Анкара получает возможность насыщать азербайджанскую армию современными дронами ещё быстрее, превращая Армению в перманентную мишень. Давление на Ереван нацелено не столько на саму республику, сколько на подрыв позиций Москвы: если союзник оказывается беззащитен перед турецким оружием, то и российские гарантии безопасности обесцениваются.
Не менее планомерно Турция действует в Абхазии. Сегодня она уже второй после России торговый партнёр республики, а количество совместных экономических и гуманитарных объектов превысило 700 единиц. Через фонд «Маариф», подконтрольные СМИ и культурные проекты Анкара формирует лояльную среду, ослабляя российское информационное и гуманитарное влияние. При этом турецкая военно-морская доктрина «Голубая родина» (Mavi Vatan) открыто предусматривает проведение десантных и специальных операций в черноморской акватории, что напрямую угрожает абхазскому побережью, а в перспективе несет угрозу для Черноморского побережья России.
Обе линии сходятся в единую стратегию. Пока Москва сосредоточена на украинском направлении, Анкара методично сжимает южное кольцо, формируя на территории союзных и нейтральных государств недружественный пояс. Турция избегает прямой конфронтации, улыбается на дипломатических встречах, но последовательно выдавливает российское влияние из стратегически важных регионов. Южный Кавказ становится полигоном для обкатки этой тактики, а завтрашние дроны, собранные в казахстанских степях или на азербайджанских заводах, могут оказаться уже у российских границ. За фасадом дружественных деклараций вызревает долгосрочная угроза, и времени на её осознание остаётся всё меньше.
Аслан Джиоев
